Список историй

– Вот, возьми.

Флок протянул Ланкасте рисунок.

– Ночью не спалось, я и нарисовал.

– Но ты не видел меня. Ты по памяти можешь нарисовать?

– Могу. Я очень хорошо запоминаю лица.

Ланкаста вгляделась в рисунок.

– Я здесь серьёзная какая-то. О чём-то думаю. А о чём?

– Не знаю.

– Теперь я буду смотреть на этот рисунок и думать, о чём же я тут думаю.

– Может о своей скорой свадьбе?

Вопрос сам сорвался с языка Флока, хотя он не собирался его задавать.

– Ты знаешь? – удивилась Ланкаста. – Тебе кто-то рассказал?

– Знаю…

– Ничего я о ней не думаю. И будет она ещё не скоро. Может быть летом. Или даже осенью.

– Ты любишь Визара, своего жениха?

Взгляд Ланкасты стал одновременно удивлённым и возмущённым.

– Что у тебя за вопросы такие? – сказала она нервно, будто её задели за больное место.

– Извини, что поднял эту тему, – виновато сказал Флок. – Если ты не хочешь об этом говорить, давай не будем.

– Не хочу…

Ланкаста замолчала, глядя куда-то в сторону. Потом повернулась к Флоку, и выражение её лица уже было обычным.

– Давай, пойдём, погуляем куда-нибудь, – предложила она. – Так тепло на улице. Почти настоящая весна.

– Пойдём, – согласился Флок.

Они шли по улице, и вышли на набережную реки Эльвы, протекавшей через весь город. На реке уже начался весенний ледоход. Течение чёрной воды несло обломки белых льдин. Ланкаста остановилась, глядя на реку. Обычно разговорчивая и весёлая она молчала всю дорогу. Флок ещё не видел её такой.

– Флок, а сколько тебе лет? – спросила она вдруг.

– Двадцать девять.

– Много… А мне только семнадцать.

Ланкаста тяжело вздохнула, будто возраст сильно печалил её. Неожиданно для Флока Ланкаста вернулась к тому, о чём ещё недавно не хотела говорить.

– Вот ты меня про любовь спрашивал… А сам ты любил в жизни кого-нибудь?

– Это было давно, очень давно.

– У тебя была любимая девушка?

– Была.

– А почему ты на ней не женился?

– Да так… не сложилось.

– Флок, ну почему ты такой?

Ланкаста посмотрела Флоку в глаза.

– Какой?

– Зажатый какой-то. Будто хочешь от всех спрятаться. И вообще… Странный ты какой-то. Приехал один в незнакомый город… У тебя что, совсем никого нет? Расскажи мне о себе. Ты долгую жизнь уже прожил, не то, что я. Я кроме цирка мало что и видела.

– Я расскажу, только… этого никто не должен здесь знать.

– Думаешь, я болтушка? Вообще-то да, болтушка… Но секреты хранить умею, ты уж поверь.

– Дело в том, что я… сидел в тюрьме. Пять лет…

– … Анита пришла на суд, – продолжал свой рассказ Флок. – Когда судья зачитывал приговор, она плакала. Так совпало, что суд состоялся именно в тот день, когда мы планировали нашу свадьбу. Потом она приходила ко мне на короткие свидания, которые длится треть октанта. Если бы она была моей женой, мы имели бы право на длинные свидания в отдельном помещении. Такие свидания разрешаются супругам. Не часто, не более четырёх раз в год. Она могла бы выйти за меня замуж даже после того, как меня посадили. Закон позволяет такое. Она думала над этим, но всё никак не могла решиться. Прошло около года, и однажды Анита пришла на свидание очень грустная. Она не смотрела мне в глаза. Рассказала, что встретила хорошего парня, встречалась с ним, и вот он её замуж позвал. И она согласилась. Ведь ждать меня ещё четыре года – это очень долго. Она плакала, просила её простить. Я простил, конечно. Больше мы с ней не виделись. Ко мне ещё бабушка на свидания ходила, передачи носила. Пирожки она пекла вкусные. Мне приходилось их на всех сокамерников делить. По понятиям так полагается. Принесет она полный мешок пирожков, а мне-то достанется только один или два. Но всё равно… Я так ждал всегда этих её пирожков. А потом и она перестала приходить, и на письма не отвечала. Я тогда начальнику тюрьмы прошение подал, чтобы выяснить, что с ней. Выяснили. Умерла она, сердце у неё больное было…

– Мне потом жить не хотелось совсем, противно всё стало, невыносимо. Умереть я хотел. Думал повеситься, а верёвки не было. В тюрьме и ремни на штанах не разрешаются, чтобы никто не надумал повеситься. Там вместо ремней прищепки специальные. Водили нас на обязательные работы, там я лоскутки собирал, а потом из них тайком верёвку связывал. Долго пришлось этим заниматься, но верёвка в итоге крепкая получилась. Нашёл я в цехе укромное местечко, верёвку на крюк приделал, петлю завязал, но не успел. Друг меня спас. Прямо из петли и вытащил. Вразумил он меня потом. Кулаками вразумил, но это было правильно. Совсем я не в себе был, а он меня в чувство привёл. «Тебе, дурню, жизнь один раз дана», –  сказал он мне тогда. «Дар это божий. И ты её ломать не смей. А если хреново тебе сейчас, стисни зубы и терпи. Взойдёт и над твоей головой солнышко когда-нибудь». Хороший был человек… Погиб он потом в драке, упал неудачно головой. В тюрьме такое случается. Я пока сидел много там страшного повидал, всё уж рассказывать не буду. Меня видимо бог хранил. Никто не убил, не покалечил. А может быть помогло то, что я блатным наколки красивые делал. Они это ценили…

Список историй